Как протест меняет людей

На примере активистов Торфянки

На окраине Москвы жители больше восьми месяцев защищают парк Торфянка и не дают построить православный храм. Официальная пропаганда говорит, что политические протестные настроения остаются на низком уровне, но Торфянка говорит об обратном. Конфликт, изначально социальный, постепенно меняет политическое сознание людей.

Митинг летом 2015 годаМитинг летом 2015 года

Хронология конфликта

18 июня 2015 года местные жители обнаружили в парке строителей, которые обнесли забором полянку и уже собирались завезти стройматериалы. Быстро выяснилось, что собираются строить часовню, а впоследствии расширить участок и возвести на этом месте большой храмовый комплекс. Жители собрались и встали живым щитом на пути у строительной техники.

В противовес им в парк набежала толпа активистов из движения «Сорок сороков». Эта организация занимается тем, что гастролирует по всей Москве и защищает строительство церквей там, где оно вызывает недовольство у местных жителей. В ее рядах ультраправые футбольные фанаты, боксеры, чемпионы по единоборствам — словом, за сороковниками прочно закрепилось прозвище боевых отрядов РПЦ.

«Сорока сорокам» удалось установить на стройплощадке крест и строительный вагончик. Жители же поставили перед забором палатку и организовали круглосуточное дежурство, чтобы не пропускать на площадку никакой транспорт.

Лагерь
Диспозиция летом: справа стройка, слева — лагерь

Так продолжалось до начала осени. Всё это время сороковники оскорбляли протестующих жителей, несколько раз нападали на них и устраивали демонстративные сборы своих активистов и богомольной массовки из других районов. Защитники Торфянки, со своей стороны, организовали среди жителей сбор подписей и провели несколько митингов и массовых собраний, требуя отменить строительство и пресечь действия «Сорока сороков».

В сентябре, видя, что идея храма в парке непопулярна, власти организовали интернет-голосование на сайте «Активный гражданин», чтобы жители района выбрали подходящее место под храм. Большинство проголосовало против Торфянки и за станцию Лосиноостровская. После этого «Сорок сороков» заметно приуныли, а стройплощадка почти опустела. Но жители решили не прекращать дежурство — опасались, что если они уйдут, стройка возобновится.

Оказалось, это было верное решение. Только в конце декабря районная управа признала строительство на Торфянке нецелесообразным. Но ни РПЦ, ни власти так и не убрали с Торфянки забор, бытовку и прочие атрибуты. С началом нового года «Сорок сороков» снова активизировались, а 13 февраля пригнали фургоны и попытались завезти на площадку сруб для строительства часовни. Жители, однако, заблокировали выезд и заставили погрузить бревна обратно, а через неделю снова провели митинг и потребовали от властей и РПЦ выполнить решение людей — освободить парк.

Всё это время мы следили за событиями на Торфянке. Летом мы навещали протестующих каждую неделю, затем — каждый месяц. Приезжали на митинги и большие собрания в знак поддержки, как жители других районов. Оглянемся назад и посмотрим, что изменилось у протестующих в головах.

Люди больше не верят церкви

Вначале протестующие и РПЦ не конфликтовали. В первые дни противостояния патриарх Кирилл публично призвал обе стороны отказаться от конфронтации, покинуть место стройки и решать проблему цивилизованно. Активисты Торфянки высказывались об РПЦ почтительно и осторожно — опасались отпугнуть верующих от протеста. «Мы не против храма! — подчеркивали они, — Мы за парк». Надеялись, что РПЦ одернет распоясавшихся сороковников и передумает строить храм.

Получилось наоборот. Через месяц после выступления Кирилла «Сорок сороков» и не подумали убираться из парка, а РПЦ вручила их координатору Андрею Кормухину медаль за плодотворную деятельность. Священник Олег Шалимов, который претендует на пост настоятеля храма на Торфянке, все время появлялся на стройплощадке в компании сороковников.

Когда городские власти выделили под храм другой участок, жители ожидали, что теперь-то уж точно церковь уберет из парка крест, Шалимова и все остальное. Не тут-то было. Храм вовсю строится на новом месте, но крест на Торфянке стоит, Шалимов руководит сороковниками, и каждую неделю на площадке проходит то молитвенное стояние, то крестный ход, то митинг под лозунгом «Храму в парке быть!».

Молитвенное стояние сороковников
Молитвенное стояние сороковников

Вот что сказала недавно одна из лидеров протестующих: «Мы каждый раз приглашаем представителей РПЦ приехать. Всё надеемся, что они выскажут какую-то позицию. Но они каждый раз присылают письма: мы не поддерживаем движение «Сорок сороков», мы не даем им благословение на их молитвенные стояния, на их крестные ходы. И они продолжаются».

Часть недовольных настроена резче и понимает, что РПЦ и «Сорок сороков» — заодно. Церковь, получив новый участок, не хочет покидать площадку на Торфянке. Сороковники своими акциями давят на противников стройки и замеряют, не остыл ли их протест. Если жители устанут, РПЦ сможет возобновить захват Торфянки официально. «Сорок сороков» выполняют за РПЦ то, что она стесняется делать сама.

«Сорок сороков» и РПЦ заодно
«Сорок сороков» и РПЦ заодно

Видя двуличие церковников, даже некоторые верующие на Торфянке стали отзываться о них презрительно. Начнут с ненавистного Шалимова — переходят на окружное викариатство, Московскую епархию и так далее. Так опозорилась РПЦ.

Люди больше не верят чиновникам

В первое время протестующие уповали на добрую волю государственных органов. Они писали жалобы, подавали в суд, заваливали инстанции обращениями и коллективными звонками. Надеялись, что чиновники вмешаются и наведут порядок.

Префект говорит, что вопросы решает не он, а чиновники повыше
Префект говорит, что вопросы решает не он, а чиновники повыше

Власти наводят порядок по-своему — стараются убрать с Торфянки протестующих. Когда противники стройки установили дежурство в парке, к ним приставали полиция и природнадзор, несколько раз сносили их палатку. Потом чиновники решили поиграть в демократию — устроили интернет-голосование в «Активном гражданине». Оказалось, однако, что проголосовать мог кто угодно, и этим воспользовались «Сорок сороков» со своей аудиторией. Только после скандала, который подняли активисты Торфянки, власти провели голосование повторно. Большинство жителей района проголосовало за перенос храма на новое место, но власти решили ничего не строить на Торфянке только после долгих проволочек. А теперь отказываются демонтировать стройплощадку под надуманными предлогами. Когда результаты не в пользу РПЦ, власти изворачиваются и тянут время.

Полиция сносит палатку дежурных
Полиция сносит палатку дежурных

Теперь жители не очень рассчитывают на градоначальство. Оно не идет навстречу недовольным, кроме как под давлением, когда люди массово отстаивают свои требования. Жители видят это, и перед февральским митингом стали просить у его организаторов листовку-призыв, чтобы расклеить по району и позвать побольше народу.

Люди поверили в себя

Раньше противники стройки говорили, что протестуют, потому что она незаконна. Ссылались на позицию прокуратуры, нарушения во время публичных слушаний, решение суда и т.п. Они считали, что закон — это главный аргумент в споре.

Но законы мало помогли защитить Торфянку. Конфликт, как мы помним, начинался с того, что сами жители возмутились, сбежались в парк и остановили стройку. Все 8 месяцев инициативная группа поддерживает круглосуточное дежурство — если кто-то посягает на парк или провоцирует дежурных, то по тревоге собирается народ и дает отпор. По закону власти не были обязаны ни устраивать интернет-голосование, ни отказываться от строительства на Торфянке — но сделали это благодаря упрямству жителей. Когда «Сорок сороков» второй раз попытались завезти в парк стройматериалы, люди снова не дали это сделать. Коллективное действие дает больше, чем все законы, документы и официальные заявления вместе взятые.

Митинг защитников Торфянки
Митинг защитников Торфянки

Люди убедились, что они — сила, с которой надо считаться. Теперь многие говорят, что защищают парк, потому что это общая территория и потому что большинство жителей высказалось против стройки. У жителей появилось коллективное самосознание.

Но людей путает политика КПРФ

КПРФ оказалась втянутой в конфликт и пытается усидеть на двух стульях. С одной стороны, местное отделение партии участвует в движении защитников Торфянки. С другой стороны, партия в целом ориентируется на дружбу с властями и РПЦ и пропагандирует консервативные ценности.

КПРФ действует на Торфянке вразброд. Рядовые члены партии по своей инициативе участвуют в защите парка. Депутаты Зубрилин (Мосгордума) и Потапов (Госдума) помогают на практике. Например, если надо срочно провести в парке народное собрание, они соглашаются приехать и придать собранию легальный статус встречи с депутатом. Зато один из помощников Геннадия Зюганова приезжает на Торфянку, наоборот, на митинги «Сорока сороков» и с трибуны клеймит «храмофобов». Для жителей всё это выглядит непоследовательно и непонятно.

Одновременно Зубрилин и Потапов стараются затормозить протест. На каждой встрече с жителями они убеждают собравшихся, что вот-вот власти и РПЦ их наконец услышат, и с тревогой призывают «действовать мирно, в рамках правового поля». Жители и так не собираются бунтовать. Но ясно, что если они устанут ждать и решатся сами демонтировать забор, то депутаты умоют руки.

Депутаты КПРФ на народном сходе
Депутаты КПРФ на народном сходе

КПРФ добавляет путаницы в движение вместо того, чтобы организовать его. Партия помогает защитникам Торфянки ровно настолько, чтобы не растерять избирателей и не оттолкнуть своих рядовых членов. Но чтобы не поссориться с РПЦ и властями, заглаживает острые углы и культивирует вредные иллюзии. Жители смущаются и стараются дистанцироваться от всего, что связано с политикой — в том числе, невольно, от проблем стратегии и тактики движения.

Если сравнить с прошлым летом, взгляды защитников Торфянки эволюционировали. Они менялись неравномерно, не скачком и не всегда в одном и том же направлении. Иллюзии в отношении властей и РПЦ то таяли, то снова укреплялись. Самосознание участников протеста и жителей, наоборот, то крепло, то слабело. Настроения менялись вслед за развитием событий и борьбы. КПРФ усиливает эти противоречия и зигзаги.

Диспозиция зимой: справа стройка, слева палатка дежурных
Диспозиция зимой: справа стройка, слева палатка дежурных

Как работать социалистам

Если социалисты ввязались в подобный протест, то главная задача — помогать настроениям развиваться в правильном направлении: объяснять, как всё устроено, и подсказывать выходы.

Раз мы видим общую картину и понимаем мотивы сторон конфликта, наша обязанность — делиться этим с остальными участниками движения. Когда власти разбазаривают городские земли под офисы, торговые центры и церкви — это не недоразумение, а сознательная политика. РПЦ стремится создать повсюду рассадники своей консервативной пропаганды, и общественная («ничейная») земля для этого очень подходит. Объективный запрос большинства населения — сохранить общественные пространства и установить над ними общественный контроль. Если хотя бы часть людей приобретет такое целостное понимание, движению станет легче выбирать верную стратегию и тактику.

Сторонники МГ21 на митинге за парк
Сторонники МГ21 на митинге за парк

Можно и нужно советовать, как делать лучше, а как делать не стоит. Сила простых людей — не в жалобах властям или статусным депутатам, а в коллективных действиях. Эффект таких действий тем сильнее, чем больше в них осознанно вовлекаются люди. Можем сами подавать практический пример — допустим, распространять агитматериалы, чтобы привлечь в движение участников, созвать на митинг и т.п. Если этот принцип войдет в практику, то в поворотные моменты движение не будет вихлять, а сделает правильные шаги. Участники добавят себе уверенности или, по крайней мере, не разочаруются в себе.

Мы понимаем, что коллективному самосознанию и коллективным действиям простых людей нужно организованное выражение. Поэтому можно и нужно пропагандировать, что большинству населения нужна собственная политическая партия, и это будет партия трудящихся. Такая партия, конечно, не появится сегодня или завтра. Но, во всяком случае, точка зрения социалистов, когда она касается конкретных дел и опирается на живые примеры, звучит убедительней, чем декларации и манифесты.

Напишите, что вы думаете об этой статье, в группе Вконтакте.

П.Климов

One thought on “Как протест меняет людей

  1. протесты, которые на Украине многие воспринимали как проевропейские, попытались возглавить пророссийские партии По-моему, проевропейские и пророссийские парти это миф. Есть партии колониально-вассальные и суверенно-национальные.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *